Размер:
AAA
Цвет: C C C
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта

«Vыборы или Rеволюция - что лучше?»

Экспертное обсуждение: «Vыборы или Rеволюция - что лучше?»

30 июля 2013 года

Продолжая традицию экспертного обсуждения актуальных зарубежных новостей о выборах, мы вновь решили обратиться к политическому процессу стран Ближнего Востока и сопоставить исторический и практический опыт проведения государственных преобразований в регионе и за его пределами. Надо сказать, что в последнее время в арабских странах преобладает исключительно революционный путь изменений. Среди экспертов этот процесс получил различные названия: массовые народные волнения называют то «арабской весной», то «арабской зимой», встречаются даже такие «техничные» термины как «твиттер-революция» или даже «флеш-революция». 

Возможны ли в этой ситуации какие-то параллели, сравнения различных стран, в том числе с Россией? Обо всем этом мы пригласили побеседовать д.и.н., профессора кафедры востоковедения МГИМО(У) МИД России М.А. Сапронову и д.ю.н., Руководителя РЦОИТ при ЦИК России А.В. Иванченко.


РЦОИТ при ЦИК России: Здравствуйте, уважаемые эксперты! Тема обозначена, но, предваряя исторический экскурс, хотелось бы напомнить, что мы с Мариной Анатольевной уже встречались на страницах нашего сайта (см. материал: Марина Сапронова: «Выборы в регионе Ближнего Востока будут активными и бурными», 21.05.2013 года), и тогда Вы совершенно точно определили перспективы развития ситуации. В связи с этим очередной прогноз: исчерпал ли Египет лимит революций?

Марина Сапронова: Если мы говорим о Египте, то мне представляется, революционный запал у граждан есть, и, вероятнее всего, он будет напоминать о себе довольно долго в силу, в первую очередь, возрастного состава населения страны. Подавляющее число египтян (из 84 миллионов) это – молодые люди, очень мало людей в возрасте старше 65 лет. Такова специфика не только Египта, но и государств Ближнего Востока в целом. Молодое население, естественно, пассионарно, обладает большим количеством энергии, которую стремится постоянно выплеснуть. 


РЦОИТ при ЦИК России: То есть, Вы полагаете, что события с отставкой только что избранного президента Мухаммада Мурси, не последний пример гневных протестов египетского народа… Александр Владимирович, Вы как эксперт по отечественной электоральной проблематике могли бы провести параллель между событиями в Египте и современной Россией?

Александр Иванченко: Вы знаете, параллель с сегодняшней Россией я бы не стал проводить. Однако вырисовываются определенные сходные черты с событиями февраля - октября 1917 года, когда всё взрослое население Российской империи, включая женщин, получило всеобщие равные избирательные права на выборах Учредительного Собрания. Россия стала республикой, состоялись первые выборы Всероссийского Учредительного Собрания. Весьма характерны и результаты этих выборов: социалисты набрали большинство голосов, а большевики, не получив существенной поддержки, силовым путем разогнали Учредительное Собрание. По сути, волеизъявление российских граждан было отвергнуто, а результаты всенародного голосования перечеркнуты одной политической партией. 


Как оценивать этот эпизод российской истории с позиций сегодняшнего дня? На мой взгляд, ценности народного волеизъявления тогда еще не были осознаны молодыми российскими партиями. Ведь император отрекался от престола в пользу всего народа, а ни каких-то отдельных политических сил. Полагаю, что эта российская параллель сегодня возможна. Нынешние элиты в странах Ближнего Востока еще не понимают всей ценности демократии, выборных процедур, избирательных технологий. Зачастую, они ставят свои интересы выше результатов волеизъявления граждан. 

РЦОИТ при ЦИК России: Марина Анатольевна, в чем, как Вам кажется, беда современных арабских элит, политическая недальновидность, политический эгоизм? Оправдан ли в этом смысле вопрос определенных параллелей?

М.С.: Да, вот в этом смысле Александр Владимирович нашел очень хороший пример для сравнения. Если говорить о России 100-летней давности и о современном Египте, то здесь параллели проводятся уже достаточно четко и рельефно. Прежде всего, мы говорим о том, что общество от режима авторитаризма перешло к демократическому процессу. Ключевые проблемы на этом пути заключались, с одной стороны, в эгоизме элит, а с другой – в отсутствии политического опыта, знаний методов и технологий избирательной политической борьбы, прежде всего, у молодежи. 


Ведь именно молодежь, которая при поддержке армии стояла на площади Тахрир, совершала революцию и требовала отставки Хосни Мубарака, после нее, когда начались политические преобразования, плодами демократии воспользоваться не смогла. В отличие, например, от старейшей в Египте политической партии «Братья-мусульмане», образованной еще в далеком 1929 году. Ее сторонники долгое время находились в подполье, но, тем не менее, хорошо овладели приемами политической борьбы. У этого движения были свои ячейки по всему Египту, функционировало руководство этих ячеек, активисты периодически собирались на свои подпольные собрания, у них была своя программа, тактика, методы и прочее. «Братья» стали единственной партией, которая в условиях неразберихи народных волнений за короткие сроки и по всей территории Египта мобилизовала свои ячейки и сторонников. Такая мобильность и организованность, конечно, была не под силу молодежным движениям, которые в условиях нехватки времени не смогли даже объединиться в политическую партию.

А.И.: Есть еще и определенная революционная эйфория. Население думает, что вот после революции будет лучшая жизнь. Практика же показывает, что революция отбрасывает страны назад. Мирные выборные процедуры гораздо более эффективны, они более созидательны. Понимание этого важно, прежде всего, привить молодежи.

РЦОИТ при ЦИК России: Если уж мы заговорили о молодежи, давайте продолжим эту тему. Молодые люди, а особенно в Египте, являются наиболее желанной целевой аудиторией всех политических сил. И действительно возникает вопрос, а понимают ли они значение и необходимость выборов, преимущество избирательного процесса и цивилизованного диалога в рамках избирательной кампании перед революционными погромами и уличной стихией? Разъясняет ли им кто-нибудь, что такое выборы, зачем они нужны, и как важно пользоваться своими избирательными правами?

М.С.: Здесь уже начинается очень четкая дифференциация между российским и египетским опытом. Если мы говорим о египетской демократии, об избирательных технологиях и избирательном процессе, о демократической конституции, политических партиях и прочее, то мы можем начинать отсчет только с 2011 года. Более или менее реальный демократический процесс начался в Египте только 2 года назад и сразу же наложился на сложную общеполитическую ситуацию в регионе. В результате, политические противостояния и распри фактически заблокировали электоральные процедуры. Поэтому начало демократического избирательного процесса в Египте в настоящее время зашло в тупик, прежде всего, конституционный. Сейчас основная задача властей страны – попытаться урегулировать сложную и запутанную правовую ситуацию.


РЦОИТ при ЦИК России: В Египте конституционный тупик, а что в России? У нас ведь произошла либерализация избирательного законодательства, впервые за много лет вернулись выборы губернаторов, возможно, Александр Владимирович, стоит сконцентрироваться на этой повестке дня, а не анализировать зарубежный опыт?

А.И.: У нас действительно произошли большие изменения в избирательном законодательстве, упрощены многие электоральные процедуры, появилось большое количество политических партий. Подготовка единого дня голосования 8 сентября 2013 года идет достаточно интересно. Помимо выборов высших должностных лиц субъектов Российской Федерации проходят выборы региональных парламентов, крупные муниципальные кампании в областных центрах.

Однако любой новый вызов в электоральной сфере находит отзвук и в странах развитой демократии. Поэтому необходимо внимательно наблюдать за ходом политического процесса за пределами нашей страны, появлением новых политических сил, электоральными технологиями, которые применяются в других странах.

РЦОИТ при ЦИК России: Проводить постоянный мониторинг зарубежного опыта, видимо, еще полезно и для того, чтобы понимать свои национальные электоральные особенности и свое место в демократическом мире. За несовершенство демократии и упомянутые национальные особенности, особенно в период выборов, нашу страну критикуют различные «эксперты», в том числе международные. Говорят, в частности, о непрозрачности выборов и отсутствии равных возможностей для участия в них. А как обстоит с этим дело в Египте, Марина Анатольевна?

М.С.: Если речь идет конкретно о Египте (поскольку по разным арабским странам существует, конечно, определенная дифференциация), то мне представляется, что говорить об этом пока еще рано. Демократия там очень молодая и, зачастую, срабатывают какие-то традиционные методы борьбы, связанные с семейно-клановыми отношениями. 

Не будем забывать, например, и такую вещь, что парламентские выборы в Египте 2005 года были признаны самыми фальсифицированными выборами на Арабском Востоке за всю историю существования арабского парламентаризма. Поэтому выйти на новый уровень проведения избирательных кампаний достаточно сложно.


Кроме того, как я уже отмечала, на избирательный процесс, на совершенно новое избирательное законодательство страны наложилась сложная, противоречивая и запутанная политическая ситуация. Не лишне вспомнить, что недавно отправленный в отставку Мухаммад Мурси на президентских выборах победил своего оппонента Ахмеда Шафика буквально с минимальным перевесом. Он одержал победу с результатом чуть более 51% голосов, а его оппонент, соответственно, набрал чуть менее 50%. Сразу обозначилась большая политическая проблема: общество оказалось расколотым на две равные части по идеологическому признаку. Революция в Египте, по крайней мере, на современном ее этапе, не принесла долгожданного равенства в правах, а, скорее, закончилась национальным расколом, преодоление которого – вопрос будущего времени. Ведь у этих двух частей египетского общества не только разное понимание личности президента страны, но и разное понимание демократии, перспектив дальнейшего развития Египта, форм организации системы органов государственной власти и в целом разное понимание политического процесса…

А.И.: И я бы также добавил разное понимание ответственности политических сил перед избирателями. Политики, идя на выборы, часто не понимают, что они берут на себя колоссальную ответственность. А выигрыш, победа – многократно увеличенная степень ответственности за реализацию тех обещаний, с которыми та или иная политическая партия или кандидат проводят избирательную кампанию. Понимает ли партия или конкретный политик, какие экономические, финансовые ресурсы они могут привлечь для выполнения своих обещаний, и какого рода переходный период потребуется им для того, чтобы эти обещания были выполнены?!

Вместе с тем нужно отметить, что в современных условиях профессионализация политического класса идет гораздо быстрее, чем это было в прошлом веке, происходит освоение новых технологий, активно в избирательную кампанию приходит Интернет. 

РЦОИТ при ЦИК России: Хорошо, что Вы упомянули о роли Интернета в избирательных кампаниях и политическом процессе в целом. Эта тема является весьма популярной в последнее время. Оценивая ход народных восстаний в Египте, многие эксперты говорили об Интернете как чуть ли не об основной движущей силе этого процесса. Так ли это, и в какой мере? 

М.С.: Прежде всего, здесь надо сказать, что Египет был одним из первых государств на Ближнем Востоке, которые подключились к сети Интернет. В настоящее время подавляющее большинство населения страны им уже в той или иной степени охвачено. Иногда скептики говорят, что отдаленные районы Египта, селения феллахов, даже теоретически не могут пользоваться Интернетом. Однако это не так, главным образом, в силу определенных традиций арабского общества. Например, на Ближнем Востоке существует такая традиция, когда каждый вечер мужчины собираются в небольших кафе, курят кальян, пьют кофе и обсуждают политические проблемы. Теперь все делают точно также, но в этом кафе стоит монитор компьютера, люди сидят уже за монитором и точно также обсуждают все проблемы. В результате, даже в самом удаленном уголке Египта любая деревня в курсе мировых новостей. Поэтому тут дело даже не в том, какое количество компьютеров приходится на одну семью, а в том, что все население на Ближнем Востоке, равно как и в остальном мире, активно приобщается к Интернет-технологиям со всеми вытекающими отсюда последствиями.


РЦОИТ при ЦИК России: Александр Владимирович, а как бы Вы оценили степень развития информационных технологий и масштабы присутствия Интернета на выборах в Российской Федерации?

А.И.: Мне представляется, что в современных условиях Интернет является важнейшей площадкой организации и проведения выборов, но он не является главной технологией. Традиции коллективного обсуждения важнейших новостей, личные встречи с избирателями, все эти формы, на мой взгляд, более эффективны. Они же повышают политическую культуру избирателей и кандидатов, доверие к выборам вообще, придают стабильность функционирования институтам власти.
РЦОИТ при ЦИК России: Если стабильность в России тесно связана с институтом президентской власти, эффективностью функционирования парламентских учреждений, то в Египте ее наличие долгие годы обеспечивала армия. И в настоящее время полнота власти в стране сосредоточена в руках армейских служащих…

М.С.: А Вы знаете, в этом нет абсолютно ничего удивительного! Одна из последних Конституций Египта была принята в 1971 году (так называемая «мубараковская» конституция), одна из первых статей в ней гласила буквально следующее: «Египетская армия стоит на страже социалистических завоеваний». Именно это обстоятельство и формирует юридическую основу для участия армии везде, в том числе в политическом процессе. 

Надо сказать, что такая ситуация характерна не только для Египта, но для государств Ближнего Востока в целом. Традиция широкого участия армии в делах государства своими корнями уходит в период национально-освободительного движения, когда армия, во-первых, была единственной силой, которая мобилизовала население и вела его к достижению политической независимости, а во-вторых, осталась единственной силой, которая после достижения политической независимости, занималась различного рода хозяйственными вопросами. Из армии же вышел первый эшелон административных работников, которые пошли во власть. 

В силу всего этого в конституциях арабских стран (таких как, например, Египет, Алжир, Сирия, Ирак) роль армии закреплялась в расширительном порядке. С точки зрения правовой основы функционирования, это означает, что армия может делать все, что угодно: вмешиваться в политический административный процесс, принимать участие в государственном строительстве, заниматься охраной порядка, экономикой и так далее. Правда, в самом конце 90-х гг. египетскую конституцию поправили, убрав оттуда различные социалистические лозунги и призывы, исключив, в том числе, и статью, которая касалась роли армии. Но статью из конституции убрать можно, традицию убрать нельзя. 


РЦОИТ при ЦИК России: Александр Владимирович, можно ли в этом вопросе провести какие-то параллели с Россией 100-летней давности?

А.И.: 100 лет назад, когда мы говорим о выборах Всероссийского Учредительного Собрания, в России происходило активное становление избирательных органов, избирательных комиссий. Тогда была создана Всероссийская комиссия по выборам в Учредительное Собрание, которая формировалась из гражданских лиц, представляющая и судейский корпус, и юридическую общественность, ученых, специалистов в этой сфере. На мой взгляд, в странах с переходной демократией надо готовить профессиональных специалистов-организаторов выборов. Важно также конституировать избирательные органы, то есть закреплять их статус в национальных конституциях.

Организация и проведение избирательной кампании – дело очень тонкое, неправильно отдавать это на откуп политическим партиям, военным, религиозным организациям. Выборы в настоящее время это – профессия. И обмен опытом, мнениями по этому вопросу был бы весьма полезен для тех стран, которые только-только вступили в переходный период на Ближнем Востоке. 

РЦОИТ при ЦИК России: Марина Анатольевна, а какие бы Вы могли выделить национальные особенности проведения выборов в Египте, поведения избирателей? Существуют ли они в принципе?

М.С.: Безусловно, существуют! Например, одной из характерных черт избирателей-египтян является политическая инертность. Начиная с 2011 года, египетское общество раскачалось, а вообще для избирательного процесса была характерна пассивность, отсутствие заинтересованности участия. В связи с этим, как представляется, очень важная задача для любых политических властей, которые в перспективе будут управлять Египтом, активизировать общество с точки зрения его вовлечения в политический процесс. 


РЦОИТ при ЦИК России: Ну, что же, все имеющиеся вопросы были заданы, исчерпывающие ответы получены. Спасибо большое Вам, Марина Анатольевна, и Вам, Александр Владимирович, за участие в нашем экспертном обсуждении и высказанные оценки. Надеемся, эта традиция будет продолжена и в дальнейшем. 

И в заключении, традиционный вопрос-прогноз, который мы, наверное, адресуем Вам, Марина Анатольевна: как Вы думаете, каким будет следующий Президент Египта?

М.С.: Мне представляется, что, рассуждая на эту тему, надо упомянуть об еще одной традиции арабского общества – любви к харизматичным и ярким политикам. Такие лидеры в египетском обществе на сегодняшний день отсутствуют, поэтому очень трудно однозначно ответить на этот вопрос. Здесь вырисовывается определенная проблема, поскольку даже если сейчас военные реанимируют политический процесс, перезапустят избирательный процесс, то ни у светских властей, ни у оппозиции не будет кандидатов, которых они смогли бы выдвинуть в качестве представителей своей идеологической платформы. В этом случае, участвовать в выборах будут личности недостаточно яркие, опять может сработать традиция пассивности, люди не пойдут голосовать, и все начнется заново. Надеюсь, такого сценария развития событий удастся избежать.

Материал подготовлен заместителем начальника отдела совершенствования избирательных технологий В.В. Горбатовой.